— Простите, мисс… э-э, Пенелопа, но это на него не подействует, — качая головой, сказал Бак.

— Только если вы взорвете дверь, — добавил Мак.

Они оба выглядывали из-за ее спины, наслаждаясь зрелищем.

Пенелопа вспыхнула.

— Вот как? Тогда что вы можете мне предложить?

— На вашем месте я бы сдался, — посоветовал Бак. — Он не любит, когда его будят рано утром.

— А в полдень… он гораздо приятнее? — саркастически поинтересовалась Пенелопа. Нет, с нее довольно. Пора переходить к решительным действиям.

Повернув дверную ручку, Пенелопа обнаружила, что дверь не заперта. Она толкнула ее и ворвалась в комнату. Бак и Мак следовали за ней по пятам.

— Мистер Брубейкер! Пора вставать и приниматься за дело! — воскликнула она, тормоша груду постельного белья, возвышавшуюся посреди огромной кровати.

Ринувшись к окну, она дернула за шнур шторы, впуская в спальню солнечный свет. И поняла, что Большой Дедди был прав. В комнате настоящий свинарник.

Скверно, очень скверно, подумала она, с любопытством оглядывая владения Бру. Комната была великолепно обставлена, насколько Пенелопа могла судить по тому, что виднелось из-под гор джинсов, валявшихся там и сям. Ботинки были раскиданы по всему полу, а рубашки самых разных расцветок валялись где попало вперемешку с газетами и журналами.

Наверное, подумала она, служанки просто боятся вторгаться в мир Бру. Пенелопа их отлично понимала.

Услышав ее голос, Бру поднялся и сел на кровати, сбросив с головы простыню. Его лицо было помятым со сна, волосы взлохмачены и сбиты на один бок, отчего он казался еще более взбешенным. Он яростно поморгал, глядя на ухмыляющуюся тройку у своей постели.

— Какого?.. — прошипел он. Это что, дурной сон? Взгляд Бру метнулся в сторону ненормальной женщины.

— Мистер Брубейкер! Могу вас заверить, что это далеко не тот имидж, которого требует ваш отец.