— Я могу себе это позволить, братишка, — процедил он сквозь зубы.

— Извините меня, Мак, — быстро вмешалась Пенелопа, бросив взгляд на угрюмого Бру. — Но, может быть, вы расскажете о его планах насчет карьеры?

— Конечно, — широко улыбнулся Мак. — У него нет никаких планов.

Брови Бру сдвинулись еще сильнее, и Пенелопа начала всерьез опасаться за Мака. Она снова безуспешно попыталась изобразить смешок, в надежде хотя бы немного рассеять напряжение, повисшее в столовой, но ничего не вышло. Такое с ней было впервые. Пенелопа лихорадочно соображала, что нужно делать в таких случаях, как сохранить ситуацию в рамках доброжелательности и спокойствия, и наконец решила, что, может быть, сам Дейл Карнеги никогда не встречал людей, подобных Бру Брубейкеру.

— Никаких? — переспросила она. — Но, конечно, такого быть не может.

Мак пожал плечами.

— Я всего лишь хотел сказать, что в любой момент, когда он захочет сесть в президентское кресло «Брубейкер интернэшнл», ему стоит только свистнуть. Он уже сидел в нем, два года. И делал огромные деньги. Может быть, вы видели его фотографию на обложке «Ньюсуик»? Несколько лет назад они печатали рассказ о двадцати пяти ведущих бизнесменах мира.

Пенелопа кивнула, припомнив этот рассказ. Так на обложке был он? Она метнула на хмурого Бру быстрый взгляд. Интересно.

— Да, но Большой Дедди никак не решался отойти от дел и ухитрился вмешаться в одно… — тут Мак поднял глаза к небу, — в одно блестящее дело, которое вел Бру. Мы все отлично понимали, что Большой Дедди, хотя и очень жаждал, чтобы на его место встал старший сын, никак не мог спокойно смотреть со стороны, как кто-то делает дела так же успешно, как и он сам. — Мак прищелкнул языком. — У Большого Дедди что-то вроде синдрома руководителя. Но это было несколько лет назад. — Мак посмотрел в сторону Бру и пожал плечами. — Может быть, все изменилось.

Фыркнув, Бру принялся изучать свои сапоги, кривя губы в скептической усмешке. Пенелопа решилась еще раз бросить на него быстрый взгляд. По крайней мере он слушает. Это уже неплохо.