Патрик понял, что речь идет не о замке Кричтон, которым владели несколько поколений Хепбернов. От отца он унаследовал не только замок. Внутренняя сила, духовное прозрение и какой-то сверхъестественный дар предвидения иногда помогали ему предсказывать будущее — все это он получил с королевской кровью Стюартов, которая текла в его жилах. Дар чудесный, грозный. И проклятый.

В Лондоне две молодые парочки, наблюдавшие за представлением через окно верхнего этажа «Быка и медведя», зааплодировали актерам, вышедшим на последний поклон. Леди Кэтрин и леди Арбелла отошли в глубь комнаты, сняли маски и приняли от своих провожатых по бокалу прохладительного.

Кокетливо откусив от конфетки, Кэт наградила улыбкой Генри Сомерсета.

— Обожаю миндаль, Хэл.

— Тогда вам понравится вот это вино с миндальным ароматом.

Он наполнил бокалы для себя и для нее и подошел так близко, что только пара дюймов отделяла их друг от друга.

Кэт разглядывала симпатичное лицо своего провожатого, его коротко стриженную золотистую бородку, изогнутый рисунок губ.

— Никакого вина, Хэл. От него теряешь разум. Нам с Беллой нужно засветло вернуться в Уайтхолл.

Он схватил ее за руку и забормотал:

— Пожалуйста, не уходите. Останьтесь со мной. Мы снимем комнату.

Пристально посмотрев на его полированные ногти и тяжелое золотое кольцо на мизинце, Кэт решительно вырвала свою руку.

— Я шокирована тем, что вы осмеливаетесь просить о подобных вещах. Я ведь леди, — холодно и презрительно заявила она, — и пришла сюда ради того, чтобы посмотреть спектакль.

В это время в другом конце комнаты Арбелла не отказывала себе в удовольствиях, страстно целуясь с рыжеволосым Уильямом Сеймуром.