Она не думала, что в этом пабе на них обратят внимание.

— Прячемся? — прошептал Ральф.

— Послушай, мы можем пройти к дальним столикам?

— Камилла, если ты пытаешься остаться незамеченной, имей в виду: каждый парень в этом пабе уже поглядел в твою сторону.

— Не преувеличивай.

— А все твои глаза, — пояснил Ральф.

— Обычные, карие, — раздраженно бросила она.

— Нет, милая девушка, — они золотые, но порой сияют зеленью, как Изумрудный остров Ирландии. Этого трудно не приметить. Парни так и смотрят на тебя — те, кому положено. — Он оглядел зал и нахмурился. — И те, кому не положено.

— Ральф, это меня не волнует. Идем, прошу тебя!

Она не мешкая увлекла Ральфа в дальний угол помещения и заказала ему джин, а себе чай.

— А теперь, — приказала она, — говори!

Ральф подчинился.

— Ты же знаешь, Тристан очень любит тебя, крошка, — начал он издалека.

— Я тоже обожаю его. И я уже не крошка, слава богу! — резко возразила Камилла. — Быстро говори, из какой беды мне надо выручать его на этот раз!

Ральф забормотал Что-то, уткнувшись в стакан с джином.

— Ральф! — Ее властный тон вынудил его сдаться.

— Он попал в руки к графу Карлайлу.

Камилла прерывисто вздохнула. Она ожидала чего угодно, только не этого — и заранее отчаялась.

Ну да — тот самый граф Карлайл, известное чудовище. И не только потому, что чудовищно обращается с наемными работниками, слугами и равными себе, — он действительно монстр. Его родители получили наследство и, разбогатев сверх меры, увлеклись археологией. Вскоре они провозгласили себя великими знатоками и стали скупать антиквариат. Заразившись страстью ко всему древнеегипетскому, они предпочли поселиться в Каире. Их единственный сын приехал в Англию, чтобы получить университетское образование, но затем последовал по их стопам.

Как писали газеты, на семью вскоре свалились несчастья, — якобы они стали жертвой проклятия, когда открыли гробницу древнего служителя культа, где оказалось множество драгоценных вещиц.