Облокотившись о стол, Эфрам – высокий, худощавый, седоволосый мужчина, заправлявший делами Белдона в течение последних двадцати лет, – сказал:

– Вы не должны себя винить. Вы же представления не имели, что этот молодой человек делает. Он вступил в права наследства только в прошлом году. Кто бы мог подумать, что он так неумно распорядится своим состоянием, а поняв, что поправить содеянное уже невозможно, предпримет такой чудовищный шаг?

Но Рэнд все равно себя винил. Джонатан был молод и горяч. Много лет назад, еще будучи мальчишкой, он поклялся разбогатеть, во много раз увеличив небольшое наследство, оставленное ему отцом, дядей Рэнда. А вместо этого потерял то немногое, что у него было, и, впав в отчаяние, убил себя.

Рэнд вновь взглянул на колонку цифр.

– Здесь нет никакого намека на то, куда ушли деньги.

– Совершенно верно. – Взяв другой лист, Эфрам положил его поверх первого. – Как видите, почти все деньги отошли судоходной компании «Мерриуэзер» и предназначались для закупки копры в Вест-Индии. При благоприятном исходе дела состояние вашего кузена могло бы удвоиться. К сожалению, корабль затонул во время шторма, вся команда корабля погибла, а Джонатан лишился всех своих средств.

Что-то в голосе Эфрама насторожило Рэнда. Этот человек был его доверенным лицом в течение многих лет, с тех пор как умер отец и Рэнд унаследовал герцогство.

– Хорошо, друг мой. Похоже, вы знаете больше, чем мне говорите. Прошу вас, не утаивайте от меня ничего.

Сняв очки в железной оправе, Эфрам положил их на полированную дубовую столешницу.

– Хорошо зная вас, я подумал, что вы захотите узнать о судоходной компании «Мерриуэзер» как можно больше. Я навел кое-какие справки, неофициальным путем, как вы понимаете. Оказалось, что уже неоднократно бывали случаи, когда корабли этой компании благополучно шли ко дну, в результате чего целый ряд инвесторов лишался крупных сумм.

На секунду Рэнд плотно сжал губы, после чего коротко бросил: