Одно лишь оставалось неизменным во время всех трех встреч. Его глаза. Зеленые и пронзительные. Острые и изучающие. Мягкие и манящие.

Коринна не желала, чтобы ее манили. Она не желала, чтобы ее изучали или пронзали взглядом. По правде говоря, она желала одного — чтобы он растворился, как струйка дыма, и чтобы больше о нем никогда не было ни слуху, ни духу.

— Все работаешь, как я погляжу, — поддразнил он, опуская предисловия, потом оперся рукой о дверной косяк почти у самого верха. Из-под манжеты рубашки выглянул узкий золотой браслет часов, добавив его и без того внушительному облику элегантности.

— Совершенно верно. — Коринна собрала все бумаги, которые перед этим просматривала. — Вообще-то… — она несколько раз звучно хлопнула стопкой бумаг по столу, чтобы сложить их поаккуратнее, — я как раз ухожу.

— Куда же?

— На совещание.

— Здесь?

— Угу. Мои подчиненные ждут указаний.

На самом-то деле ее подчиненные ждали указаний чуть позже, но в данный момент ее это не волновало. Коррею Харадену не обязательно знать, что будет происходить за закрытыми дверьми комнаты шифровальщиков.

— Могу я пойти с тобой?

Она прижала документы к груди и вынула из подставки несколько остро заточенных карандашей

— Боюсь, что нет.

— Как это? — удивился он.

— Конфиденциальность, знаешь ли. Наши клиенты вопят по этому поводу не меньше, чем по поводу сроков.

— Я буду нем как рыба.

Поравнявшись с ним, она приподняла голову и призвала на помощь все свои скрытые силы, чтобы сохранить спокойствие. Он был высок, широкоплеч и, мягко говоря, внушителен. Помимо всего прочего, в смешливых лучиках вокруг его глаз, в задорных завитках волос, падавших на лоб, в идеально выбритом волевом подбородке таилось что-то такое, отчего ее желудок вытворял непонятные вещи