— Ты права. Очень даже неплохо. — Расправившись и со второй половинкой, отряхнул над раковиной ладони. — Алан чересчур опекает Коринну.

— А как же иначе. Такого сотрудника нельзя потерять.

— Он опекает ее независимо от работы.

Джулия оторвалась от салата и с любопытством скосила на него глаза.

— С чего ты взял?

— Он даже не дал перекинуться с ней парой слов.

Расхохотавшись, она вернулась к своему занятию.

— Можно ли его винить? Ты же всегда в стремительном и свободном полете. Можешь не сомневаться: когда моя Дженнифер вырастет, и ее к таким, как ты, и на пушечный выстрел не подпущу.

— Ну, не настолько я плох.

Она демонстративно обозрела его с головы до ног. Безмолвная оценка говорила сама за себя

Коррей опустил взгляд на свою выцветшую футболку, потертые шорты, когда-то бывшие джинсами, и, наконец, на кроссовки, которые явно видели лучшие времена.

— Ладно-ладно, вид у меня сейчас не ахти.

— Я вовсе не это имела в виду, — сухо заявила Джулия. На этот раз ее взгляд подчеркнуто остановился на широченных плечах, скользнул через мощную грудь вниз, на притягательно узкие бедра и длинные загорелые ноги. — А когда ты краснеешь, то становится еще симпатичнее. Если бы я не сходила с ума по собственному мужу, то непременно использовала бы свои чары на тебе.

Нельзя сказать, что Коррей не догадывался о собственной физической привлекательности. Раньше он бравировал ею без зазрения совести. Но те времена прошли. По правде говоря, ему порядком наскучила ограниченность мимолетных отношений.

— Расскажи мне о ней побольше.

— О ком?

— О Коринне.

— Она не в твоем вкусе.

Джулия тоже вовсе не в его вкусе, что не помешало ему ее полюбить, как, впрочем, и Алану, чьи вкусы когда-то полностью совпадали с его, не мешает ее обожать.