Мэтью недовольно посмотрел на старого Бэгшо. Что он себе позволяет? Чего он уставился?

Бэгшо кивнул ему, заметив, что смог привлечь внимание, и приглашающее похлопал по свободному креслу рядом с собой. И Мэтью Карлайл почему-то принял приглашение.

Они проговорили весь десерт, потом бренди и две сигары. Итогом беседы стало предложение… от которого не отказываются. Бэгшо не юлил, называл вещи своими именами и перспективы обрисовал совершенно четко. Через неделю Карлайл выехал в Гонконг в качестве полномочного представителя головной фирмы Бэгшо, наделенного широчайшими полномочиями. Фактически старик отдал ему на откуп весь азиатский филиал. Номинально Мэтью работал на Бэгшо, но на самом деле получал полную свободу действий.

Старикан был великолепным психологом. Мэтью Карлайл на тот момент не имел ни малейшего желания работать на самого себя, но врожденное чувство ответственности не позволило ему халатно отнестись к обязанностям в отношении другого человека. Работа постепенно захватила его, а время исцелило сердечную рану. Ну… по крайней мере, затянуло.

Заболев, Бэгшо первым делом известил своего молодого заместителя, и через полгода Мэтью Карлайл вернулся в Чикаго, чтобы принять в свои руки «Бэгшо Индепендент»…

— Мистер Карлайл?

— Да, Холли.

— Звонил Хью Бэгшо, просил извинить его. Небольшое дело в отделе маркетинга. Он задержится минут на пятнадцать, если вы не против.

— Не против.

Никаких угрызений совести Карлайл не испытывал. Он прекрасно знал, за что и почему старый Бэгшо отдал ему свою фирму. Просто «Бэгшо Индепендент» было любимым детищем старика, и он хотел быть уверенным, что и после его смерти дело не развалится. О Карлайле он наводил справки и внимательно следил за его бизнесом почти с самого начала. Мэтью ему подошел по всем статьям — вот на него и пал выбор.