У Роксаны Лин Тремейн Паркер, королевы бала выпускников единственной в Глори, штат Северная Каролина, средней школы, у первой и последней жительницы провинциального городка Глори, которую выбрали «Женщиной года» в почти что столичном Роли, штат Северная Каролина, наконец открылись глаза. Судья Кемпт окончательно убедил ее в том, что хорошие девочки приходят к финишу последними, тогда как плохие девочки получают все то, что желают их ветреные сердца.

В ожидании, пока официальные лица поставят свои подписи на документах, внушительной стопкой громоздящихся на столе (башня из бумаги — вот и все, что осталось от некогда казавшейся нерушимой крепости их брака), Рокси демонстративно закинула ногу на ногу, дабы убедиться, что от внимания Брайана не ускользнули мелкие детали, говорящие о крупных переменах в ее сознании. Пусть видит, какой она стала — какая короткая у нее юбка, как умопомрачительно выглядят ее икры в босоножках на сумасшедшей шпильке, как соблазнительно приподнялся ее топ, чуть приоткрыв пупок с торчащей в нем сверкающей сережкой.

Возможно, стоило проколоть и язык заодно. С каким глубоким удовлетворением она показала бы Брайану язык с серьгой. Любопытно было бы понаблюдать за его реакцией. Но она побоялась, что проколотый язык подпортит ей дикцию, а шепелявость как-то не вязалась с ее новым образом свободной и независимой женщины.

Роксана взглянула на Брайана из-под полуопущенных ресниц. Он сидел с очень прямой спиной, сцепив на коленях наманикюренные руки. Вид у него был такой, словно хватило бы малейшего сотрясения воздуха, чтобы он свалился в обморок от страха или бросился наутек в чем был — в костюме от «Армани», в туфлях от «Прада», в часах «Ролекс» и во всем прочем.

Хорошо. Не все же ей одной терпеть от жизни шокирующие сюрпризы.

После того как была поставлена последняя подпись, адвокат Рокси взял ее под руку и повел в коридор с таким видом, словно они находятся не в здании суда, а на танцполе.