— Я позвоню сама, — успокоила его Конни, провожая до двери и помогая надеть пальто. — Так будет даже лучше. А то они могут подумать, что я да сих пор лежу в обмороке.
— И это недалеко от истины, — сухо заметил Адам, застегивая пальто. — Ты уверена в том, что чувствуешь себя нормально? Я могу попросить миссис Уитсон вернуться и составить тебе компанию.
— Все хорошо, — заверила она, провожая его до двери, и закрыла ее скорее с облегчением.
Меньше всего ей хотелось давать миссис Уитсон повод для сплетен. К тому же, если честно, Конни сомневалась в том, что ей удалось оправиться от этого удара.
Глава третья
На следующее утро прибыли Барнеты.
Когда подъехала их машина, Конни пила очередную чашку кофе и поэтому объяснила свою нервную реакцию на их приезд действием кофеина. Черт побери, вместо того чтобы думать о Говарде, застрявшем в госпитале в Умпале, где о нем некому позаботиться, она сидит и жалеет себя! Разве так должна чувствовать себя настоящая жена?
В полвосьмого утра позвонил Адам, извинился за то, что не смог вернуться вчера вечером, и спросил, удалось ли ей как следует выспаться. Конни заверила его, что все в порядке, хотя это было неправдой. В постель она, конечно, легла, но почти всю ночь пролежала, уставившись в потолок.
Однако, как оказалось, он звонит не только для того, чтобы справиться о ее самочувствии, но и сообщить, что не ожидает Конни на кофейный утренник в церкви. Само собой разумеется, сказал Адам, что в сложившихся обстоятельствах им придется обойтись без ее знаменитых сандвичей. И только тогда она поняла, насколько далека от повседневной жизни ситуация, в которую ее поставила судьба.