Кэрол вдруг почувствовала, что это именно то, что ей сейчас необходимо. В одной из многочисленных коробок скрывались подушка и плед. Кэрол извлекла их оттуда и отнесла на диван.

– Видите, я уже ложусь, – сказала она Дэвиду.

Тот терпеливо ждал, пока она устроится на своем тесноватом ложе, потом заботливо укрыл пледом. На мгновение его рука коснулась ее волос.

– Спокойной ночи, – негромко произнес он и выключил свет.

Комната погрузилась в темноту, на пол и стены легли полосы бледного лунного света, льющегося сквозь окна. Кэрол приподнялась на локте, беспокойно вглядываясь во мрак.

– Дэвид? – неуверенно позвала она.

– Я здесь, – спокойно отозвался тот, и Кэрол поняла, что он по-прежнему стоит в дверях.

– Спасибо.

– Не стоит благодарности.

До Кэрол донесся звук удаляющихся шагов и мягкий щелчок входной двери. Еще через пару минут негромко загудел мотор его машины и по оконным стеклам полоснули два луча света. Потом наступила тишина.

Еще минуту назад Кэрол казалось, что она заснет, едва коснувшись головой подушки. Но прошло пять минут, потом еще пять, а она все ворочалась, не в силах сомкнуть глаз. Ее неотвязно преследовала мысль, что чего-то не хватает. Промучившись с четверть часа, она вдруг поняла, в чем дело.

Ее медвежонок. Маленький плюшевый мишка не нес сегодня вахту у ее изголовья. В спешке убегая утром из отеля, она забыла его в номере.

Я могу забрать его завтра, уговаривала себя Кэрол. В конце концов одну ночь можно провести и без любимой игрушки.

Но в глубине души она знала, что все это отговорки. Она не уснет сегодня. Просто не сможет быть одна теперь, когда Дэвид был здесь, а потом ушел. Ей придется вернуться в отель.

Но я обещала Дэвиду лечь спать, напомнила она себе.

Что в этом толку, если ты так и проворочаешься до утра, ехидно возразил внутренний голос.

Кэрол пыталась спорить еще и еще, но все ее аргументы разбивались вдребезги о собственную твердокаменную уверенность в том, что она должна забрать медвежонка из служебного номера «Королевы Анны».