— За обслуживание не берем, минимальный заказ не устанавливаем!

Город, забывший тревоги и заботы.

Французский квартал кишит шлюхами, в том числе и мужского пола, мелкими жуликами, наркоманами, бродягами, пьяницами, туристами. И архитектурно такой же красивый, как любой район любого города мира.

Старая река.

«Горестная река» — во всех песнях. Миссисипи.

Джамбалая, пирог с раками, креольский суп из стручков бамии, помпано en papiliote (Марк Твен однажды сказал: «Упоительна, как наименее греховная форма порока»); устрицы на створках, то есть устрицы по-рокфеллеровски, придуманы в Новом Орлеане. У «Антуана», конечно, где же еще?

Музыка.

«Похороны под джаз».

Джаз родился здесь. Но борделей и притонов на Бейсн-стрит уже нет — Сторивиль был закрыт в 1917 году.

Кое-какой джаз в стиле диксиленд можно услышать во Французском квартале еще и сегодня — приманка для гуристов в заведениях вдоль Бербон-стрит.

Неплохой, может быть, джаз, но не в первопроходческих традициях Джелли Ролла Мортона, Банка Джонстона, Кида Ори, Сачмо, он же — Луи Армстронг, Папы Селестина — список этот нескончаем, как сама музыка.

Кто же сможет забыть такие вещи, как «О, неужели он не нагулялся», «Острая штучка», «Билл Бейли, вернись, пожалуйста, домой» и «Хорошего человека днем с огнем не сыщешь»?

Марди-Гра, вторник на масленице.

— Подайте хоть что-нибудь, мистер. Умоляю, мистер!

Изобильный вторник.

Пик года в Новом Орлеане приходится отнюдь не на Рождество и даже не на новогоднюю ночь, а именно на этот день, на последний день масленицы.

Балы в несметном множестве, день и ночь парады — да все, что только душа пожелает.

Король Рекс, повелевающий; король Комус — растлевающий.

Для многих, в том числе и для самих его жителей, Новый Орлеан и есть олицетворение Марди-Гра.

Если я вдруг перестану любить,