— Да, я тоже.

Алтея посмотрела на тело, распростертое на темном асфальте. Теперь ему уже ни до чего нет дела, думала она, вглядываясь в лицо убитого, искаженное гримасой ужаса. Она узнала этого человека.

Дикий Билл Биллингс, иногда сутенер, иногда наводчик и всегда — осведомитель. Ее осведомитель, черт бы его побрал!

— Эксперты?

— Уже ушли, — сообщил Суини. — Его можно отправлять в морг.

— Отправляйте. Список свидетелей составили?

— Ага, по большей части бесполезных. Один утверждает, что это была черная машина, другой — синяя, третий, алкаш, клянется, что видел огненную колесницу, которой правили демоны.

Он витиевато выругался, хорошо зная, что Алтея на такие вещи не обижается.

— Ну, что есть, то есть. Она оглядела толпу — завсегдатаи бара, шустрые подростки, равнодушные бомжи и… На одном из мужчин ее локатор сработал. Непохожий на других, он не таращился от любопытства и возбуждения, а спокойно стоял на месте. На темной рубашке под распахнутой кожаной летной курткой поблескивала серебряная цепочка. Мускулистое тело наводило на мысль, что он, видимо, скор на руку. Старые джинсы плотно облегали длинные ноги, обутые в поношенные ботинки. Волосы — должно быть, темно-русые или светло-каштановые — шевелились на ветру, свободно падая поверх воротника.

Он курил тонкую сигару. Его глаза так же цепко оглядывали окружающую обстановку, как и ее. Света было маловато, но ей показалось, что он загорелый, и это очень шло к его резко очерченному лицу. Глаза у него были глубоко посаженные, нос длинный и несколько узкий, что придавало лицу выражение настороженности. Твердый, решительный рот легко складывался в презрительную гримасу.

Какой-то инстинкт заставил Алтею внимательно изучать его, пока он не встретился с ней глазами. Этот взгляд, холодный и цепкий, оставил неприятное впечатление.

— Кто этот ковбой, Суини?

— Этот?.. О! — На усталом лице полисмена проступило подобие улыбки. До чего же точно она обозвала его, подумал он. Парень действительно выглядит так, будто всю жизнь ездил верхом на мустанге. — Это свидетель. Перед самым убийством жертва с ним разговаривала.