Взгляды их встретились, и лицо Филиппа осветила улыбка. Итак, теперь она в его власти. Эльвина только что признала себя его вассалом. Отчего же тогда ее глаза так дерзко блестят? Пожалуй, нелегко будет научить ее смирению, заставить понять разницу в их положении. В девушке течет кровь ее предков, свободолюбивых викингов, чей вольный дух не усмиришь одними словами. Но и в нем течет кровь воинов, и вызов в глазах Эльвины лишь раззадоривал Филиппа.

— Не вижу причин, по которым мы не могли бы приступить к выполнению наших обязательств немедленно. Я расположился в башне, через двор отсюда. У двери внизу стоит мой человек. Думаю, лучше бы тебе проскользнуть туда незамеченной. Дай мне лишь время предупредить моих людей.

Кровь отхлынула от лица Эльвины. Филипп не давал ей времени привыкнуть к новому положению, не давал времени передумать. Но она связала себя с этим мужчиной клятвой, столь же серьезной и торжественной, как клятва у алтаря, и должна выполнять то, что обещала. Окинув взглядом стоящего перед ней могучего рыцаря, Эльвина с особой остротой ощутила свою хрупкость и ранимость. Что станется с ней, когда он придавит ее своим громадным телом и совершит то, что она видела, лишь наблюдая за животными?

Эльвина еще раз поклонилась Филиппу, и он, не оглядываясь, вышел.

Глава 2

Эльвина оставалась в укрытии дольше того времени, которое могло понадобиться Филиппу, чтобы предупредить своих людей о ее приходе. Девушка не знала, как отнеслась бы леди Равенна к тому, что встреча между ней и Филиппом произошла прежде назначенного срока, но она опасалась неодобрения. Стараясь не думать о таинственной мрачной даме, которая предложила ей вступить в безнравственную связь с Филиппом, Эльвина сосредоточилась на том, чтобы проникнуть в башню незамеченной.

Еще не поздно было бы убежать, покинуть пределы замка и спрятаться в лесу, но тогда пришлось бы расстаться со всем, что она знала и любила: с Тильдой, с повозкой, которую Эльвина последние годы называла домом, с парой волов, тащивших их с Тильдой от одного феодала к другому. Нет, Эльвина не могла предать Тильду даже ради того, чтобы избежать ужасного будущего.