Намазав поджаренный хлебец маслом и джемом, Элиз налила в чашку кофе и села за стол.

– Ты излишне спокойна, – заметила Кристина. – Билли, по-моему, относится к тому типу мужчин, которые ради удовлетворения своей прихоти сметают любые преграды, и тогда принципы летят к черту. Подумай хорошенько, как бы не пришлось сожалеть! Ты уверена, что поступаешь правильно и не начнешь кусать локти?

– Уверена? – ответила Элизабет, отхлебнув ароматный кофе. – А мое спокойствие, видимо, объясняется шоком?

Или холодной рассудочностью, вызванной выходкой Берты, подумала она.

Когда в гостиной зазвенел телефон, Элизабет почувствовала, как по спине побежали мурашки.

Ого! Оказывается не так-то просто сохранять спокойствие.

– Прикрой дверь, – попросила она, когда Кристина, неохотно встав из-за стола, вышла из кухни. Та бросила на подругу вопросительный взгляд.

Элизабет вскочила и включила приемник. Бодрые звуки музыки заглушали телефонный разговор. В квартире с тонкими стенами обычно переговаривались не повышая голоса.

Все кончено, знать ничего не хочу! – мрачно усмехнулась Элиз. Никакой сдачи в плен, бой до победного конца!

Кристина вернулась довольно быстро.

– Кажется, он обеспокоен твоим настроением, во всяком случае, никакой ярости или гнева я не уловила. Говорит, что никак не возьмет в толк, почему ты не там, где должна быть.

– Ну а ты что?

Кристина пожала плечами.

– Напомнила ему, что, возможно, вернулись твои родители, и высказала предположение, не отправилась ли ты к ним. Он согласился с моей версией и сказал, что проверит.

– Гениально! – рассмеялась Элизабет. – Они только уехали.

– Как, уже? А ты говорила, будто их нет уже несколько месяцев.

– Увы. Привезли очередные трофеи из археологических раскопок, сдали на исследование – и снова в путь.