Дело было за малым: уговорить Кристин сняться в свадебном платье для рекламы товаров салона «Хэппи брайд».

Я бы на месте Кристин отказалась, думала Миранда, вешая трубку после разговора с Джоан. Какое ей дело до желания владелицы некоего магазина увеличить объем продаж? Впрочем, попытка не пытка, нужно попробовать. И потом, с чего-то ведь надо начать.

С этой мыслью Миранда набирала вечером номер Кристин Кейдж. Повод для разговора она нашла в собственной гостиной. Там висел прижизненный портрет Сюзен, матери Миранды, в свое время написанный не кем иным, как Кристин. В нижнем правом углу картины краска дала трещины, которые потихоньку распространялись дальше. Их-то Миранда и задумала использовать в качестве предлога для телефонной беседы. Якобы у нее возникла потребность посоветоваться с Кристин по поводу того, чем это угрожает полотну.

— Сами понимаете, портрет дорог мне. Других картин, на которых была бы изображена моя мать, у меня нет, так что эту мне очень хотелось бы сохранить.

— Да-да, очень даже понимаю, — задумчиво произнесла Кристин. — Трещинки, говорите? Хм, откуда бы им взяться, ведь картине не так уж много лет...

— Четырнадцать, — сказала Миранда, быстро подсчитав в уме.

— Четырнадцать? — удивленно повторила Кристин. — В самом деле? Надо же, как летит время... А кажется, совсем недавно Сюзен позировала мне, кстати в вашем поместье. Если не ошибаюсь, в той самой гостиной, где сейчас висит ее портрет... Ведь, вы сказали, он находится в гостиной?

— Да, среди изображений прочих наших родственников. У нашего рода давняя история, знаете ли, так что портретов скопилось немало.

— И на них тоже есть трещинки или какие-нибудь иные повреждения?

Вопрос застал Миранду врасплох. Ведь в действительности ее сейчас волновало не состояние фамильных портретов, а проблема поиска известных людей, которые согласились бы участвовать в рекламном проекте.