Гэвин заработал немалое состояние своим умением соединять бизнес и удовольствие. Вот и на этот раз он сначала немного поиграет в предложенную ему игру, но в конце получит все: возможность отомстить Принни и загадочную собственность маркизы Хавершем и ее тело в придачу.

— Ну что? — Голос Айверсли вывел Гэвина из задумчивости. Оба брата вопрошающе смотрели на него. Гэвин плотно прикрыл за ними дверь кабинета и только после этого ответил:

— Я согласен.

— Отлично, — обрадовался Дрейкер.

— Но у меня есть одно условие. Когда все будет сделано, я хочу увидеться с Принни наедине.

— Зачем?

— У меня есть для этого причины.

Дрейкер пристально посмотрел на Гэвина, потом вздохнул:

— Попытаюсь узнать, согласится ли он на это.

— Пусть лучше соглашается, если хочет, чтобы я помог Кристабель.

— Кристабель? — удивленно переспросил Айверсли. Что ж, придется рассказать им о плане. Все равно рано или поздно они узнают.

— Стокли согласится пригласить вдовушку, только если она окажется моей любовницей. Значит, так тому и быть.

Дрейкер вытаращил на брата глаза:

— Надеюсь, ты не соблазнил эту несчастную женщину прямо…

— Наверное, надо добавить, что она будет мнимой любовницей. Мы собираемся устроить примерно такой же спектакль, как ты и Регина с вашей притворной помолвкой.

— Начиналась она действительно как притворная, но недолго такой оставалась, — заметил Дрейкер.

— Вот именно, — усмехнулся Айверсли.

— Мне казалось, что леди Хавершем тебе совсем не нравится, — недоуменно добавил Дрейкер.

Гэвин вспомнил о мягкой округлости тела, прижимавшегося к нему, о том, как убыстрялось дыхание маркизы, когда он к ней прикасался, об ее задорном упрямстве, которое так приятно будет сломить, и ответил:

— Просто я не разглядел ее в первый раз.