Ханна вздохнула и спрятала лицо у него на груди. Она должна выкинуть из головы мысли о замужестве. Да любая женщина на ее месте уже убегала бы со всех ног!

— Ханна? — встревожился Росс. — Что случилось? У тебя болит что-то еще?

— Ничего, что бы ты мог исправить.

На самом деле мог, но не был заинтересован. В сексуальном отношении он был в ней заинтересован не больше, чем в старом пне. Росс заставил ее поднять голову.

— Скажи мне. Я не смогу помочь, если не узнаю, что случилось.

Ханна взглянула на его нахмуренные брови и только вздохнула. Даже в детстве он был отзывчив до отвращения. Не подозревая, из-за чего она расстроена, стремился утешить ее всеми силами.

— Ханна?

— Если будешь стоять посреди улицы, тебя непременно задавят, — заявила она, избегая ответа.

Чем помочь, если она непривлекательна?

Росс внимательно изучил улицу и приподнял одну бровь.

— Задавит? Кто? Лось?

— Все-таки это может случиться.

— Вряд ли в ближайшие двести пятьдесят лет, — ответил он, но пошел дальше.

Расстояния в Квиксильвере были таковы, что в ресторане они оказались максимум через минуту.

— В чем дело? — воскликнул Эдгар Лигетт, увидев их в дверях заведения.

— Ничего, папа.

— Ханна вывихнула лодыжку, и я посчитал нужным отнести ее сюда. — Росс торжествующе посмотрел на нее и улыбнулся, наслаждаясь растерянным выражением ее глаз. — Вы не представляете, какая это приятная ноша.

— Что я вам говорила? — завопила молодая. — Как он на нее пялился! Сразу видно, что у этого парня на уме!