- Здесь так мирно и тихо, - удивленно сказала она.

- Потому что нет машин.

- Конечно. - Она оглянулась вокруг. - Я даже сразу не поняла, но это действительно так. - Она снова посмотрела вокруг. - Машины бы здесь не проехали.

- Правильно, - с удовольствием сказал он. Им здесь нет места. Конечно, остров большой, и если кто-то не хочет тратить несколько часов на пешую прогулку, садится в лодку. Но никто не может притащить эти вонючие, шумные колымаги на мой остров!

- На твой остров? Почему ты называешь его своим?

- Каждый островитянин говорит о Регонде, как об острове, который принадлежит ему, хотя на самом деле все наоборот. Регонда очень собственнически относится к своим детям. Куда бы ни отправился житель этого благословенного места, оно зовет его обратно, притягивает его, подобно магниту. - Он прервал свою речь смущенным смешком. - И вот теперь Регонда думает, что нам стоит поесть мороженого.

Он отвел ее в кафе у маленького канала, где царила такая тишина, будто весь мир забыл об этом месте. Алехандро подозвал официанта и стал разговаривать с ним на языке, которого Луиза не знала, время от времени хитро поглядывая на нее.

- Ты говорил на испанском? - спросила она, когда официант ушел.

- На карибском диалекте.

- Он мало похож на испанский язык.

- Испанцы давно поселились здесь, и потому язык, конечно, претерпел довольно большие изменения.

- Наверное, туристам обидно, что они так старались, учили испанский, а потом оказывается, что ничего не могут понять.

- С туристами мы разговариваем по-английски и по-испански, но среди своих говорим на своем диалекте.

Тут появился официант с заказом, и гондольер замолчал.

Взглянув на тарелки, она поняла его хитрые взгляды. Там возвышались целые бастионы ванильного и шоколадного мороженого, не считая двух мисок с шоколадным соусом и со взбитыми сливками.