— Чейз Лейветт. Вы полицейский?

— Нет.

Чейз поморщился. Полицейский был бы, наверно, более полезен в данной ситуации, чем воротила с Уолл-стрита.

— По-вашему, он умер?

— Бог даст, нет. Вы пострадали?

— Ага. Что-то со спиной. Болит адски. А вы?

— Я ушиб голову. Послушайте, вам лучше не шевелиться. Я сейчас проверю полицейского.

Чейз и не собирался шевелиться, раз нашелся еще кто-то, добровольно решивший геройствовать. Проклятье, что-то со спиной не в порядке. Только этого не хватает? Кошмар дальнобойщика…

Да, так что там с полицейским? Неужели погиб? Эта мысль вернула Чейза от тревоги за будущее к сиюминутным заботам. Он слышал, как Макгиннес ползет по покоробленному полу лифта. Когда зрение чуть привыкло к темноте, он заметил, что потолок кабины погнулся и электропроводка висит прямо над головой. Сердце бухало так, будто он пробежал стометровку. Потная майка прилипла к груди.

— Тут становится чертовски жарко, — вздохнул Чейз.

— Угу.

— Наверное, нас скоро вытащат отсюда, — сказал Чейз больше для того, чтобы успокоиться самому.

— Будем надеяться.

Наконец Макгиннес дополз до полицейского.

— Если собираетесь оживлять меня, дыша рот в рот, вы покойник, — промямлил голос.

Чейз расслабился, прислонившись к стене. От чувства облегчения у него закружилась голова. Слава Богу, трупов в лифте нет.

— Вообще-то, я этому никогда не учился. — Макгиннес достал из кармана носовой платок и протянул полицейскому. — Возьмите. У вас где-то кровоточит рана.

— Вот уж повезло. Как другой парень? — Голос полицейского звучал глухо.

— Я выживу, — успокоил его Чейз.

— Он говорит, что повредил спину, — пояснил Макгиннес. — Я сказал ему, чтобы не шевелился.

— Правильно, — поддержал его полицейский. — Движение при травме спины приведет к повреждению спинного мозга. Это будет приятным завершением происшествия. — Полицейский рывком сел. — Этот ваш кейс чуть не снес мне подбородок. Он что, сделан из стали?