— Это правда, — вздохнул Робин и прикрыл глаза. — Проблема не в возможностях, а в желании. Наступило неловкое молчание. Потом Джайлс сказал:

— С тобой трудно было связаться, и я не смог тебя известить, что отец завещал тебе Ракстон.

— Что? — Робин подскочил в кресле. — Я считал, что в лучшем случае он завещает мне шиллинг на церковные свечи. После Вулверхемптона Ракстон — лучшее из наших родовых поместий. С чего это он вдруг вздумал мне его завещать?

— Ему ни разу не удалось заставить тебя делать то, чего ты не хотел, и это вызывало у него восхищение.

— То, как он со мной обращался, называется восхищением? — резко спросил Робин. — Странный способ выражать восхищение. Мы не могли провести с ним и десяти минут в одной комнате, не поссорившись, и не всегда по моей вине.

— Однако отец хвастался тобой своим приятелям, а не мной, — иронично усмехнувшись, ответил Джайлс. — А про меня он говорил, что во мне нет подлинного духа Андервиллей. Ему, дескать, страшно не повезло, что его наследник оказался таким занудой.

Робин нахмурился.

— Чего я не могу понять, так это как у тебя хватало терпения выносить этого старого брюзгу.

Джайлс пожал плечами.

— Я его выносил, потому что в противном случае мне пришлось бы уехать из Вулверхемптона, а этого я делать не хотел, что бы он ни вытворял.

Робин тихо выругался, встал с кресла и подошел к камину, чтобы пошевелить кочергой угли, в чем они совершенно не нуждались. Окончив Оксфорд, Джайлс взял на себя управление огромными владениями Андервиллей. В отличие от него самого, Джайлс был надежным человеком, который делал самую трудную работу и не слышал за это даже доброго слова.

— Узнаю отца: за то, что ты облегчил его жизнь, он тебя же и оскорблял.

— Я не считал это оскорблением, — спокойно сказал Джайлс. — Я действительно зануда. Мне больше нравится заниматься сельским хозяйством, чем играть в карты, жить в деревне, а не в Лондоне, мне интереснее читать книжки, чем заниматься пересудами. Наверное, отец утешался тем, что на меня можно положиться, но я ему все-таки не очень нравился.