Рис уже смотрел на нее с нескрываемым желанием много раз до этого. Но сегодня было в его взгляде нечто особенное. Нечто более сильное. И более захватывающее.

Аланна уже не видела ничего, кроме глаз мужа. Ее губы приоткрылись, пульс бешено забился. По телу прошла дрожь.

Где-то в отдалении она услышала, как музыка сменилась на более медленную композицию.

Не говоря ни слова. Рис заключил ее в объятия, но не отвел взгляда от ее глаз, как бы позволяя им вести немой диалог. Он сильно прижал ее к себе, и она почувствовала его возбуждение. У нее все сжалось в желудке, соски набухли, ее тело трепетало от близости с ним.

Аллана обвила руками шею мужа, и их тела прижались друг к другу еще теснее.

— Я очень хочу поцеловать тебя, — прошептал он, уткнувшись носом в ее волосы.

— Ты.., не можешь, — с трудом произнесла она, — не здесь.

— Тогда где?

Она знала, о чем он спрашивает. Ему хотелось не только поцеловать ее. Мысль о том, что они могут заняться любовью где-то на празднике, заставила ее кровь почти закипеть от желания.

Аланна покраснела, но в ее голове пронеслась мысль о том, где можно было бы это сделать.

Например, в одной из дамских комнат, располагавшихся на первом этаже.

Желание пойти туда с Рисом было слишком велико. Она сама этого хотела. Очень.

Выйдя замуж за Риса год назад, Аланна пообещала себе укротить свою чересчур сексуальную натуру. Она была уверена, что солидному мужчине не понравилось бы иметь такую жену.

Поэтому она была довольно скромна в сексуальной жизни. И счастлива в браке. Рис заботился о ней и уважал ее. Будет ли он и дальше так к ней относиться, если сейчас она позволит ему сделать то, чего он хочет? Это беспокоило ее. Она хотела быть его женой и матерью его детей, а не просто наложницей, которая бы выполняла все его прихоти, не важно где и когда. Нет.

— Я не могу, Рис, — сказала она. — Я должна помочь Холли переодеться.