Макс присел на корточки возле открытой двери автомобиля, насмешливо улыбаясь ей.

— Я практически безупречен. Может, обсудим это завтра за ужином?

Какая-то частичка ее души странным образом смягчилось. Не позволяя себе останавливаться на этом ощущении, Клер вдруг осознала, что давно уже очень одинока. Какой вред мог нанести ужин с этим мужчиной? Она, конечно, не собиралась влюбляться в него, но они могли бы поболтать и посмеяться, наслаждаясь вкусной едой, и, возможно, стали бы друзьями.

Клер сомневалась несколько долгих мгновений, но потом сдалась.

— Хорошо. Спасибо, да.

Теперь Макс открыто рассмеялся, сверкнув белоснежной улыбкой.

— Какой энтузиазм! Моя дорогая, я обещаю, что буду вести себя безупречно. Куда мне заехать за вами и в какое время? В восемь?

Они договорились о времени встречи, и Клер рассказала ему, как добраться до ее квартиры. Мгновение спустя она уехала, но, затормозив у первого светофора, испуганно нахмурилась. Почему она согласилась встретиться с ним? Она поклялась себе избегать таких типов как чумы, но Макс как-то невзначай разрушил ее оборонительные сооружения, заставил смеяться, и неожиданно для себя Клер обнаружила, что он очень симпатичен ей. Макс, казалось, не относился к себе слишком серьезно, что должно было бы заставить ее бежать от него прочь без оглядки. Но все-таки он проявил любезность, бросившись на ее спасение…

Он слишком опасен для ее душевного спокойствия.

К тому времени, как Клер добралась до своей квартиры, она уже решила отменить встречу, но когда закрыла и заперла дверь, необитаемая тишина комнат хлынула навстречу, подавляя ее. Клер не захотела завести даже кошку, чувствуя, что это станет венчающим символом ее одиночества, но теперь ей было жаль, что у нее нет никаких домашних животных, хоть кого-то, кто радостно встречал бы ее дома. Кошке или собаке совершенно безразлично, отвечает ли она чьим-то высоким требованиям; полный живот, теплая постель, и кто-то, кто мог бы почесать за ушами — вот и все, чего ожидает домашний питомец. Задумывался ли кто-нибудь о том, — подумала она устало, — что все то же самое необходимо и людям. Еда, крыша над головой и любовь.