Она нашла Марджори, худую, но элегантную блондинку тридцати лет, оживленно беседовавшую с незнакомой парой. Хелена присоединилась к ним. Чуть позже они пошли танцевать, и она отвела Марджори в сторону.

— Уитерси?

Хелена покачала головой:

— Слишком старый. Луи сказал, что здесь: присутствует герцог Сент-Ивз. Как насчет него?

— Сент-Ивз? О нет, нет, нет! — Округлив глаза, Марджори решительно покачала головой. Она оглянулась по сторонам, затем наклонилась к Хелене и зашептала: — Только не Сент-Ивз, малышка! Он не для тебя. Он не для такой чувствительной мадемуазель, как ты.

Хелена подняла брови, ожидая от подруги подробностей.

Марджори поправила шаль и зашептала тише:

— У него весьма шокирующая репутация. И это продолжается уже много лет. Да, он герцог, богат и владеет многочисленными имениями, но при этом уверяет всех, что никогда не женится. — Марджори сделала выразительный жест. — Говорят, у него есть три брата, и старший из них женат и имеет сына. Поэтому герцог совсем неподходящий жених, и к тому же он… — Она замолчала, подыскивая нужное слово, и вдруг выпалила: — Ловелас.

Прежде чем Хелена успела ответить, Марджори огляделась, и ее пальцы сомкнулись на запястье Хелены.

— Посмотри!

Хелена проследила за ее взглядом и увидела джентльмена, выходящего из главной гостиной.

— Герцог де Сент-Ивз.

Ее дикий англичанин, прохладные губы которого были такими нежными под лунным светом.

Воплощение элегантности, богатства и власти, он стоял, оглядывая комнату. Прежде чем его взгляд остановился на них, Марджори утащила Хелену подальше от него.

— Теперь ты видишь сама, он ловелас.

Хелена и правда это видела, но она все еще помнила тот поцелуй и обещание, которое он сулил, и не сомневалась в том, что если она отдаст ему себя, то станет навеки счастлива. Изначально соблазнительный, это было больше, чем просто любовный поцелуй. Герцог был распутником — она в этом не сомневалась. Опасный — она это допускала и считала, что пусть он таким и остается.