Он знал, что ее дальний родич Фабиан де Вишесс стал ее опекуном после смерти родителей. Тьерри были его глазами и ушами в Лондоне, но нанести им визит вежливости и явиться на Грин-стрит было невозможно. Потому что невозможно удержать такую встречу в секрете, особенно в английском высшем обществе.

Осторожное приглашение посетить его главное поместье Сомерсхэм, когда общество на две недели уедет из столицы, было бы гораздо предпочтительнее. Никто, кроме Тьерри и Луи, не будет об этом знать, он скажет об этом только своей тете Кларе, которая управляла в его отсутствие их родовым поместьем. При личной встрече он сможет все ей рассказать и убедить, если в этом вдруг возникнет необходимость.

Это его угнетало. Хелена наслаждалась его компанией, но не более того. Ее взгляд говорил, что она не рассматривает его в качестве потенциального мужа.

Однако…

Однако в этом мог быть виноват он сам, поскольку не желал публично объявлять о своем браке, но это не мешало ему расценивать ее поведение, как открытый вызов ему.

— Графиня. — Он сделал к ней шаг.

Она видела его, конечно, но притворилась, будто не замечает. Когда он подошел ближе, она повернулась к нему с холодной улыбкой и протянула руку. Он взял ее и склонился над ней в поцелуе. Прежде чем она успела выдернуть пальцы, он крепко их сжал.

— Мадам. — Кивком он поприветствовал мадам Тьерри, затем поклонился своему другу де Уэру.

— Если вы извините нас, я уведу отсюда графиню, мне хотелось бы обсудить с ней одно важное дело.

Глаза мадам Тьерри вспыхнули лукавством, но никто не осмелился ему возразить — даже Хелена. Изобразив на лице светскую улыбку, она отправилась с ним в дальний конец зала.

— И что же вы хотели со мной обсудить?

Ее голос был высокомерно холодным. Она стояла рядом с ним, устремив взгляд в пространство, и на лице ее отражалась вежливая скука.