— Я ценю вашу помощь в том, что вы представили меня обществу, ваша светлость, но я — как это вы, англичане, говорите — «больше чем восьмерка» и могу позаботиться о себе сама. А на вашу вульгарную клевету относительно лорда Уэра я вовсе не обращаю внимания.

Она с жаром отвергла все его аргументы и сейчас предпочла бы оказаться в бальном зале, покончив со всеми разговорами, но он стоял у нее на пути. Она стойко выдержала взгляд его голубых глаз.

Оскорбленный мужчина вздохнул:

— Боюсь, что вам придется отказаться от своих планов. Джентльмен, на которого я ссылался, не был Уэр.

Хелена нахмурилась. Ей понадобилось всего мгновение, чтобы восстановить в памяти его слова: «…в каждом джентльмене содержится гораздо больше, чем вы можете увидеть в его глазах». Она растерянно моргнула.

Его губы скривились.

— Джентльмен, на которого я ссылался, был я.

— Вы?

Она этому не поверила — не могла поверить тому, что логика подсказывала ей, как не могла поверить и, тому, что читала в его глазах.

Его рука легла ей на талию и медленно прошлась по спине. Он притянул ее ближе к себе.

— Вспомните ту ночь в саду монастыря, залитом лунным светом.

Его голос был завораживающим, голубые глаза гипнотизирующими.

— Я поцеловал вас. Всего один раз, чтобы поблагодарить.

Запутавшись в паутине его слов, Хелена не могла сдвинуться с места. Ее руки легли на шелк его рукавов, когда он привлек ее ближе. И она поддалась, опустив ресницы, когда он склонился к ее губам.

— Почему? — прошептала она, когда их губы слились. — Почему вы потом поцеловали меня снова?

На этот вопрос ей давно хотелось получить ответ.