- Его высочество желает видеть тебя. Да ты, никак, ревел? - с ухмылкой спросил Дункан.

- Я уже не маленький, чтобы плакать, - гордо вскинув голову, ответил Стивен, которому не так давно минуло шесть лет. - Скажи лучше, да побыстрее, зачем это я понадобился принцу? Ведь тебе это наверняка известно.

- Откуда же мне об этом знать? Разве станет он посвящать меня в свои дела? - пожал плечами Дункан, опуская голову, чтобы скрыть злорадную усмешку, которая, однако, не ускользнула от внимательного взгляда Стивена и заставила его внутренне насторожиться. От дальнейших расспросов он, однако же, решил воздержаться. Ему было ясно одно: встреча с принцем и его друзьями не сулила ему ничего хорошего, иначе Дункан вел бы себя совсем по-другому. С тяжелым сердцем, предчувствуя недоброе, он заторопился вслед за Дунканом, который стремительно двинулся к выходу из комнаты.

В огромном зале, освещенном множеством факелов, Руфус Рыжий пировал со своими друзьями. На коленях принца в неловкой, напряженной позе сидел мальчишка, одетый в платье простолюдина. Он затравленно озирался по сторонам, явно рассчитывая при первой же возможности удрать подальше от принца и его хмельных товарищей. Руфус то и дело поглаживал его по кудрявой голове. Увидев Стивена, принц встал из-за стола, резко столкнул мальчишку с колен так, что тот едва не грохнулся оземь, и нетвердой походкой двинулся навстречу новому гостю.

- А-а-а, красавчик Стивен! - воскликнул он. Глаза его загорелись от радостного предвкушения. Пухлые алые губы раздвинулись в плотоядной усмешке, обнажив два ряда крупных белых зубов. - Поди сюда, мой милый, и отведай сладкого вина из моего кубка!

Стивен, охваченный смятением и ужасом, вспомнил, что отец, отправляя его ко двору, настойчиво и строго наказывал ему остерегаться тех, кто расточает ласки не девицам и дамам.