В комнате было темно, тяжелые портьеры не пропускали в нее солнечный свет. Мерцающие в углах свечи отбрасывали причудливые узоры на стены и помост, на котором стояла высокая стройная обнаженная девушка. Ее густые волосы рассыпались по плечам, красивое лицо исказилось сладострастной гримасой, соски маленьких грудей отвердели.

Воцарившаяся в помещении тишина была насыщена эротизмом высочайшего накала. Зрители – трое мужчин и женщина – молча смотрели, застыв в кожаных креслах, как по указанию одного из них блондинка ласкает рукой свою промежность, широко раздвинув длинные ноги. С каждым новым движением пальцев трепет, охвативший ее тело, усиливался, а большие фиалковые глаза блестели все ярче. Но вот красотка слегка ускорила темп своих манипуляций, и мышцы ее расслабились.

– Ты снова пытаешься жульничать, Алессандра! – недовольно воскликнул кто-то из зрителей. – Не зли меня, ты ведь знаешь, что я ненавижу притворщиц!

Пальцы блудницы тотчас же запорхали еще проворнее, она изогнула спину и выпятила груди, напрягшись в ожидании неминуемого экстаза.

– Который же раз подряд она кончает? – тихо спросила Леонора Балоччи у своего брата Фабрицио.

– Пятый, – ответил он осевшим от волнения голосом.

– Но разве это не своеволие? Ты ведь позволил ей испытать наслаждение только четыре раза подряд!

– Именно так.

– Следовательно, ей не избежать наказания?

В голосе Леоноры явственно ощущалось злорадство.

– Да, на сей раз ей не отвертеться, – глухо подтвердил ее брат.

В этот момент сладострастница громко охнула и забилась в пароксизме оргазма. При этом ее ноздри чувственно раздувались, с шумом втягивая спертый воздух, глаза подернулись поволокой, шея и плечи стали пунцовыми, а волосики на лобке и срамных губах заблестели от капель нектара, хлынувшего из лона.

Зрители умолкли, замерев в ожидании вердикта Фабрицио.