Арабелла прислушалась. До нее донесся голос отчима, стук колес подъехавшего к парадному входу экипажа. Девушка подошла к окну. Отсюда были видны три кареты, отделанные расписными панелями. Каждая была запряжена парой великолепно подобранных лошадей. Украшенная серебром сбруя ярко блестела в лучах заходящего солнца. Верховые в пудреных париках и треуголках были вооружены пистолетами. Сидевший на козлах кареты отчима лакей держал на коленях мушкетон.

"О диадеме сегодня можно не беспокоиться", – с усмешкой подумала Арабелла. Шесть разбойников, наводящих ужас на всю округу, просто не осмелятся напасть на столь грозного противника.

Кавалькада тронулась. Когда она скрылась из вида, Арабелла отвернулась от окна. В комнате Джоунс задувала свечи.

– Ее светлость затмит всех дам, – сказала она.

– Больше всего на Свете мне хотелось бы увидеть ее на этом приеме! Как ты думаешь, принц-регент действительно гам будет?

– Если прием пышный, обязательно. Только мне кажется, в этой стране нашлись бы дела поважнее балов и развлечений.

– Ты права, Джоунс, – согласилась Арабелла. – Было бы вполне естественно ожидать, что принц-регент проявит интерес к судьбе тех, кто возвращается с войны: есть ли у них жилье, обеспечены ли пенсионом раненые.

– Его королевское высочество оставляет подобные проблемы политикам, – угрюмо проворчала горничная, – а они только и делают, что борются друг с другом за власть.

Арабелла тихо вздохнула.

– Мне бы хотелось больше знать о том, что происходит. Я бы с удовольствием побывала в Вестминстерском дворце, послушала речи в парламенте. Жаль, что мне не с кем серьезно поговорить о таких вещах.

– Подобные разговоры не для женщин, – не удержалась от колкости Джоунс – Ну, пойдемте, мисс Арабелла, нам нужно решить, что из одежды вы возьмете с собой. Ее светлость велела мне уложить только платья, которые вы носили девочкой, и ничего из вещей, доказывающих ваш истинный возраст. Вы так исхудали, что все старые платья будут вам впору. Благодарение Богу, я все сохранила.