Когда раздался звонок, Железноголовый Туми очень осторожно положил черную десятку на красного валета. Он облизал губы, бросил все карты на стол и глянул, через арку в столовой, в сторону парадной двери бунгало. Потом неторопливо встал, здоровенный лоб с растрепанными серыми волосами и большим носом.

В гостиной за аркой лежала на кушетке худенькая блондинка и читала журнал при свете лампы с порванным красным абажуром. Она была хорошенькая, но слишком уж бледная, а ее тонкие брови дугой придавали ее лицу испуганный вид. Блондинка положила журнал, опустила ноги на пол и посмотрела на Железноголового Туми с неожиданно обострившимся страхом в глазах.

Туми молча указал большим пальцем на дверь. Девушка встала и быстро пошла под аркой и через двустворчатую раскачивающуюся дверь на кухню. Дверь она осторожно закрыла, так что шума никакого не было.

Звонок раздался снова — более продолжительный. Туми сунул ноги в белых носках в шлепанцы, нацепил очки на большой нос, взял револьвер со стоявшего рядом стула. Он подхватил с пола смятую газету и кое-как прикрыл ею револьвер, который держал в левой руке. Затем не спеша направился к парадной.

Открывая дверь, зевнул, вглядываясь сонными глазами через очки в высокого человека, который стоял на крыльце.

— О’кей, — устало сказал он. — Я слушаю.

Делагерра сказал:

— Я офицер полиции. Я хочу видеть Стеллу Ля Мотт.

Железноголовый Туми положил руку, похожую на полено, которое сжигают в святки, на противоположный косяк и загородил дорогу. Выражение его лица по-прежнему оставалось скучным.