– Съездил? – затаив дыхание, спросила Синтия.

– Разумеется. В свое время этот упрямец добивался всего, чего бы ни захотел. – Лайза вздохнула. Или, быть может, Синтии это только послышалось. – Мы всей компанией учились в Гарварде. В субботу решили собраться. Я вдруг вспомнила о страсти Энтони к древним мифам, – прибавила Лайза зевая. – И подумала про тебя. Желаешь с ним поболтать?

– Еще бы! – воскликнула Синтия, уже придумывая, какие вопросы задаст счастливчику Энтони. У нее у самой съездить в места, где разворачивались описанные Гомером события, пока не было возможности. Приходилось довольствоваться лишь фотографиями, фильмами, трудами Шлимана и прочими книгами.

– Если времени у тебя правда в обрез, приезжай попозже, – произнесла Лайза тоном человека, которому наскучил разговор. – Часикам к семи. Мы как раз успеем обо всем у Энтони порасспросить – не видели его сто лет.

– К семи? – несколько разочарованно спросила Синтия. – Хорошо. Спасибо тебе, Лайза!

– Пустяки, – пробормотала Лайза. – Всегда приятно порадовать сестренку. В общем, до субботы.

– До субботы!

Все складывалось как нельзя лучше. Питеру, которому поручили договориться с Энтони, не пришлось придумывать, с чего начинать разговор и как завести речь о встрече без Эрнестин. Следующим же утром Энтони позвонил сам. Оказалось, Эрнестин на днях собиралась уехать к родителям, а Энтони чувствовал себя виноватым и жаждал снова увидеться с друзьями. Двоюродную сестру Лайзы уговаривать не пришлось. Казалось бы, оставалось преспокойно дождаться назначенного часа, сделать вид, что все происходит само собой, и, если затея увенчается успехом, праздновать победу.

Однако чем меньше оставалось времени, тем становилось все тревожнее.