— Девочка, ты не только маленькая, но еще и хрупкая, и… — Ник, не найдя подходящих слов, слегка покраснел и неопределенным жестом указал на изящные формы тела Николь. — Тебе двадцать лет, Ники, ты уже взрослая женщина. Хотя, накажи меня Бог, я частенько об этом забывал.

— Если мне удавалось заставить забыть об этом даже тебя, значит, и других можно будет запросто ввести в заблуждение. Поверь, все будут видеть во мне только энергичного и искусного молодого человека.

— Эй, Салли! Куда ты запропастился? — донесся крик из дальнего конца конюшни. — Мы потеряли вас с Ником!

Вздрогнув от неожиданности, Салли тут же прокричал в ответ:

— Иду! Уходите через черный ход, — добавил он шепотом. — Я скажу им, что Николь неожиданно заболела. — И, невзирая на протест Ника, он сунул тому в руку чеки. — Не упрямься! — сказал Салли. — Ты сделал бы для меня то же самое. А теперь сматывайтесь. Позже поговорим.

— Салли, я…

— Да поторопитесь же! — Гордон заслонил Олдриджей своей широкой спиной, чтобы никто не мог увидеть, как они уходят.

— Спасибо, Салли, — прошептала Николь, приподнялась на цыпочки и чмокнула здоровяка в щеку.

Через мгновение они покинули темное помещение конюшни.

Спрейстон-коттедж, остров Уайт

— Дастин, твое волнение того и гляди перейдет в шторм, — заметила Ариана Кингсли с задорной смешинкой в красивых бирюзовых глазах. — Глядя на тебя, я ощущаю, что у меня начинается морская болезнь. Никогда бы не подумала, что ты, вынашивая какой-то замысел, становишься еще более несносным, чем Трентон.

— От этого я падаю в твоих глазах? — Дастин Кингсли изобразил на лице полнейший ужас. Перекатывая в ладонях бокал с бренди, он одарил Ариану мягкой улыбкой, которая повергла в полуобморочное состояние не одну великосветскую красавицу.

— Так и есть! — Несмотря на легкомысленный тон, герцогиня Броддингтонская озабоченно изучала выражение лица деверя, страстно желая раскрыть причину его волнения.