Пока Мунго торопливо задергивал полог кровати, чтобы скрыть свою кузину, Гордон пересек комнату и резко распахнул дверь. На пороге стоял человек, одетый в черную с зеленым ливрею слуги дома Кэмпбелов.

Узнав маркиза Инверэри, посыльный протянул скрепленный печатью пергамент со словами:

– От его светлости.

– Я вернусь домой сегодня днем, – сказал Гордон, принимая послание. – Увидимся там позднее, если мне понадобится передать ответ.

Посыльный поклонился и вышел.

Гордон закрыл дверь и прислонился к ней, готовясь сломать восковую печать на письме.

– Какие новости из Арджила? – спросила Лавиния, выглядывая из-за полога кровати.

Подавив улыбку, Гордон посмотрел на друга. Мунго лишь округлил глаза, удивленный любопытством кузины.

Гордон распечатал послание и, отвернувшись, начал читать. Он давно ожидал этого приказа, но, увидев его написанным, был порядком ошеломлен: неужели десять лет пролетели так быстро? И глазом не успел моргнуть.

Он попытался представить себе свою жену такой, какой она должна быть сейчас: взрослой женщиной, возможно, высокой и статной. Но видел лишь восьмилетнюю девочку-ангела с шелковыми волосами, который боялся чудовища, живущего под кроватью. Как выглядит сейчас Роб Макартур, спросил он себя? Действительно ли она стала красавицей, как можно было ожидать?

– Не видно, чтобы ты обрадовался, – заметила Лавиния, глядя на него. – Плохие вести?

– Моя жена Макартур выросла и стала взрослой, – сказал он. – Отец приказывает мне привезти ее.

– Ты не можешь бросить меня! – вскричала Лавиния. – Кузен, скажи ему, уговори его.

– Ливи, он должен выполнить приказ отца, – возразил Мунго, пожав плечами.

– Раз ты не выполнял еще свой супружеский долг, ты можешь расторгнуть этот брак, Гордон, – сказала Лавиния, зябко кутаясь в одеяло.

– Нет, не могу, – ответил он. – Это привело бы к разрыву между нашими семьями.