Пока Тиермес говорил, Гайамарт и Веретрагна перевязали га-Мавета. Бог Смерти с изумлением посмотрел на то, что осталось от его правой руки, – Жнец отрубил ее выше локтя.

– Что я теперь буду делать? – наконец спросил он растерянно.

– Привыкнешь, – отозвался Тиермес. – Лучше думайте, что вы все будете делать в самом скором времени. Неужели вы до сих пор не поняли, что когда вы изгоняли Истину из пределов Арнемвенда, то Он сумел этим воспользоваться? Это он похитил ее разум и память, надеясь на то, что она никогда не вернется сюда. Если в мире нет истины и любви, ему ничто не опасно – его просто никто не признает, не сможет отличить от чего-нибудь крайне похожего – он умеет притворяться до поры до времени. А потом... – взгляните на брата своего: он спасся. На этот раз.

Джоу Лахатал тяжело опустился на нижнюю ступеньку трона.

– Ты считаешь, Он нашими руками воевал с Древними?

– Даже люди знают, что так проще всего: натрави одного своего врага на другого, подожди, пока они основательно изничтожат друг друга, а потом приходи и заканчивай успешно начатое ими.

– Какой ужас, – сказал Арескои.

– Он и есть ужас.

– Что же делать?

– Не знаю, – вздохнул Правитель Ада Хорэ. – Если кто и знает, то это...

– Не пойду к ней на поклон! – рявкнул Джоу Лахатал.

– Вряд ли это мудро, но это твой выбор.

Змеебог вскочил и заметался по тронному залу небольшим ураганом.

– Я не могу прийти к ней и сказать, что мы нуждаемся в ее помощи! Это равносильно тому, что я уступлю вам эту землю!!!

– Трижды глупец! – загрохотал Тиермес, и его голос органом перекрыл все остальные звуки, он несся отовсюду, казалось, исходил изнутри головы. Все зажмурились. – Мальчишка! Некогда уже делить Арнемвенд. А скоро будет некому его делить. Ты останешься наедине с этим врагом, и он поглотит тебя, даже не заметив твоего сопротивления. Скажи, ты давно бывал в своем мире?