- Потому что, - ответил Мурроу, - если я выберу Патрика, Том подумает, что я делаю это из-за того, что он мой брат. Если я выберу Тома, Патрик подумает, что я обращаюсь с ним, как с "маленьким братцем", а не как с мужчиной. Если мы предоставим это дело случаю, кому-то из твоих нетерпеливых поклонников придется винить только судьбу.

Валентина улыбнулась. Ее кузен поступал мудро.

- Неси кости! - приказал Патрик Джефу, и паренек мгновенно выполнил приказание.

- Дай их мне, - сказала Валентина. Взяв кубики из слоновой кости, она спрятала их за спину, перекладывая из руки в руку, пока не уверилась, что никто из мужчин не знает, в какой они руке. Держа перед собой плотно сжатые кулаки, она сказала:

- Выбирайте.

- Правая, - сказал граф. Валентина разжала кулаки и показала кости, лежащие в левой руке.

- Ты бросаешь первым, - сказала она чрезвычайно довольному, ухмыляющемуся Патрику.

Он выбросил тройку и яростно сверкнул глазами. Граф и не скрывал свою радость, когда взялся за кости, но его ликование было недолгим. Он выбросил двойку.

Мурроу не дал своему брату порадоваться, как не дал времени графу высказывать свои сожаления.

- Все решено, - резко сказал он. - Том, я знаю, что у вас есть некоторый морской опыт, вы же в молодости плавали с каперами ее величества. У вас, конечно, есть опыт военных походов с Эссексом в Кадис и в Ирландию. Я буду спокоен за "Архангела", зная, что он в ваших руках.

- Не следует ли Валентине остаться здесь, ведь Тимур-хан где-то неподалеку? - с надеждой спросил граф.

- Валентина переоденется в мужское платье, - посмеиваясь, сказал Мурроу. Арслан-бей уверил меня, что это безопасно.

- Валентина переоденется? Это невозможно, - сказал граф. - Она самая совершенная женщина, которую я знал. Вы можете спрятать ее волосы, одеть ее в штаны, но как, черт побери, вы собираетесь изменить ее внешность.., ну.., ее.., грудь, черт возьми! Ее грудь, несомненно, выдаст ее, Мурроу.