Не стала этого делать и она. Мужчина был одет со вкусом — в легкий серый костюм и в черную рубашку. Еще Кэсси успела подумать, что он весьма хорош собой — ровный загар, прекрасная осанка, подтянутая фигура. На лице выделялись серые глаза, горящие странным огнем. Они составляли интригующий контраст с прямыми темными волосами и с четко очерченными черными бровями. Чувственный, выразительный рот выдавал страстность натуры.

Незнакомец наклонился и осторожно дотронулся до ее рта кончиком пальца. Кэсси попыталась отвернуться, тогда он другой рукой удержал ее за подбородок. Его лицо было так близко, что теплое мужское дыхание касалось ее щеки. Кэсси неожиданно как бы оказалась в другом измерении. И этот зал, и танцующие и беседующие друг с другом люди, и звуки музыки — все куда-то исчезло. Не осталось никого, кроме него… и ее.

Затем незнакомец чуть оттянул вниз ее губу. Светлые глаза смотрели прямо ей в лицо, и она увидела в зрачках свое отражение — две крошечные Кэсси в их темной глубине.

Наконец мужчина отвел взгляд, достал из кармана белый носовой платок и расправил его. Все еще придерживая ее нижнюю губу, он промокнул ранку.

— Кровотечение никак не останавливается, — произнес он, отняв платок от ее губы, и Кэсси увидела на нем следы крови. — Вам следовало быть осторожнее.

Девушка зажмурилась, почувствовав боль, но еще больше ее беспокоили другие, незнакомые ей, ощущения, которые порождали близость незнакомца и его бережные прикосновения. И вдруг она почувствовала, как теплые мужские губы коснулись ее распухшей губы, а затем его язык дотронулся до ранки. Кэсси отпрянула, с ужасом и изумлением глядя на бесцеремонного сластолюбца. Но тот с усмешкой смотрел на нее, похожий на хищника, уверенного в том, что жертва уже в его власти.

Содрогнувшись от унижения, Кэсси провела рукой по волосам.

— Я… я… — Во рту у нее пересохло. — Здесь очень жарко. Я хочу выйти.

2