— Немного поздно, не правда ли? Кроме того, мне невыносимо видеть, как все эти слухи отражаются на нашей семье. Вчера вечером Элиза и Стив договорились с Робсонами о встрече, но Артур позвонил им и под вежливым предлогом отменил приглашение. Я устал постоянно слышать, что по твоей вине с молодым Уайдом произошла трагедия. Мне больно, что имя моей дочери у всех на устах.
— Но, папа…
— Марта Робсон была горячей поклонницей Чарлза. И ее отказ безумно огорчил Элизу. Бедняжка почти не спала прошлой ночью, — многозначительно закончил отец.
Но Кэсси ничего не ответила. Ее глаза на побледневшем лице казались почти черными. Она могла бы сказать отцу, что ее красавица сестра не спит просто потому, что безумно боится предстоящих родов. Но какой в этом смысл, если Элиза целиком и полностью владеет сердцем Эдварда Ллойда. Она была точной копией умершей матери, и отец с детства заглядывал дочери в глаза, готовый исполнить все ее желания, удовлетворить любую прихоть. Двумя годами старше Кэсси, Элиза всегда считалась самой красивой, самой остроумной, самой очаровательной. Она умела с легкостью выйти из любого затруднительного положения и обратить любую ситуацию к своей выгоде.
Кэсси всегда болезненно воспринимала преувеличенное внимание отца к старшей дочери. Он никогда не делал ей замечаний, всячески поощрял ее, и очень скоро Элиза возомнила себя центром вселенной, считая, что ей дозволено абсолютно все.
Так было и со Стивом. Их семьи дружили, и молодой человек часто бывал в доме Ллойдов. Кэсси относилась к нему как к хорошему приятелю: с удовольствием посещала с ним теннисные корты, вечеринки, пикники. Но в какой-то момент отношение к ней Стива изменилось. Правда, он никогда не признавался ей в любви, но все же… все же она почувствовала, что Стив влюблен. Тут ошибиться было невозможно. Кэсси подсказывал это ее инстинкт — тот, что проницательнее рассудка и мудрее любого жизненного опыта. И девушке это было приятно, хотя столь же пылкого ответного чувства Стив у нее не вызывал, хотя, несомненно, ей нравился. Да и внимание молодого человека льстило.