Влюбленность Стива не осталась незамеченной и Элизой. Кэсси и глазом не успела моргнуть, как все свое обаяние и внимание сестра обратила на ее молчаливого поклонника. Она звонила ему, приглашала в гости к друзьям, в клуб, на пляж, завладев практически всем его свободным временем. И через два месяца он уже неотрывно ходил за ней следом.

Кэсси с грустью наблюдала, как Элиза полностью подчинила себе Стива, превратив этого некогда мужественного и сильного мужчину в жалкого раба своих прихотей. Ее сестра обладала способностью безошибочно угадывать слабости людей и использовать их против них же самих, чтобы получить то, чего хочет. А то, чего хотела Элиза тогда, был Стив. Она хотела видеть его своим во что бы то ни стало.

Через месяц с торжествующей улыбкой на лице Элиза объявила отцу и Кэсси, что выходит замуж. Отец согласился — молодой Дойл был блестящей партией, — но поставил условие, что любимая дочь должна остаться в отчем доме. Это случилось два года назад.

С течением времени Элиза привыкла воспринимать любовь и заботу мужа как должное, как нечто само собой разумеющееся. Ее просьбы очень быстро сменились любезно-снисходительными распоряжениями, а затем и не очень-то вежливыми приказами…

— Как ты считаешь, беременной женщине полезно находиться в атмосфере всяких слухов, объектом которых являешься ты? — сурово продолжил отец, обращаясь к Кэсси.

— Я только перестала встречаться с Чарлзом. У меня были на это свои причины. И не понимаю, почему моя личная жизнь сейчас так бурно обсуждается. Я не давала никакого повода для подобных пересудов. К сожалению, в жизни не все случается так, как хочется тебе. Многие люди сходятся, а потом расстаются, и я не намерена никому давать никаких объяснений.

— На твоем месте я не был бы столь дерзок. Правда слишком уж очевидна.