Но любит ли он ее?

Нет, с горечью признавал Клайв. Любить он ее не любит. Ему нравится любоваться Анхелой, а уж чего стоят проведенные вместе ночи, и говорить не приходится! Для спасения ее жизни он бы охотно пожертвовал собой. Но истинная любовь — это нечто более глубокое… Женщину любят не за красоту, а за то, какова она есть на самом деле… и это не его случай.

Клайв с трудом сдержал вздох. На солнце наползло облачко. Протестующе вскрикнула чайка. Кофе внезапно показался горьким на вкус. Отставив чашку, Клайв устремил взгляд на лазурно-голубые воды Средиземного моря, загадочно мерцающие вдали. Черт подери, что же ему с ней прикажете делать?

Расстаться с Анхелой — об этом и речи идти не может! Сохранить ее при себе — значит, напрашиваться на неприятности. Там, вдалеке, за зелеными холмами и цветущими долинами, назревает беда. Нельзя, никак нельзя забывать про властную аристократку-мать и про недужного старика-отца, который так мечтает дожить до свадьбы сына, понянчить внучат…

Жениться на Анхеле, даже закрывая глаза на отсутствие любви, — что может быть проще? Она молода, красива и любит его всей душой. Но какие родители допустят, чтобы их единственный сын, наследник миллионного состояния, сочетался законным браком с такой женщиной, как Анхела?

На особе с сомнительным прошлым, с репутацией, от которой не отмоешься до самой смерти! Что за пятно на фамильной чести! Что за мезальянс, что за позор для него самого и для всей семьи!

Эта женщина — идеальная любовница, но идеальной женой она никогда не станет!

Клайв снова тяжко вздохнул. Возможно, Анхела услышала: она шевельнулась, лениво перекатилась на спину, и, еще не открывая глаз, провела рукою по опустевшему месту рядом с нею. Жест был настолько знакомым и привычным, что молодой человек почувствовал во всем теле легкое покалывание — точно и впрямь ощутив прикосновение чутких пальцев. Губы его снова изогнулись в улыбке: отрадно сознавать, что, просыпаясь, Анхела первым делом вспоминает его, Клайва!