- Что вы имеете в виду, милорд? - настороженно осведомилась Касси после ухода служанки. Вместо ответа граф вынул из футляра длинную жемчужную нить, переливающуюся мягким светом и идеально подобранную. Прежде чем девушка успела опомниться, он сложил нить вдвое и застегнул у нее на шее.

Касси долго смотрела в зеркало и, решительно вздохнув, взялась за застежку:

- Прекрасный жемчуг, милорд, но я вынуждена отказаться. Меня нельзя купить.

- Нет, сага, - беспечно отозвался граф, сжимая ее пальцы. - Я не собираюсь дарить его тебе. После ужина тебе придется его вернуть.

- Но я могу вообще обойтись без драгоценностей!

- Не сомневаюсь, приглашенные джентльмены будут весьма довольны этим. Однако предпочитаю, чтобы они лишь догадывались, какие прелести скрывает твой наряд.

- Вы презренный, гнусный, подлый, я совсем не то имела в виду, и вам это прекрасно известно!

- Виноват, - признался граф, улыбаясь. - И прошу прощения за то, что подтрунивал над тобой, Кассандра. Не окажете ли мне огромную честь, синьорина, надев мои жемчуга хотя бы на один вечер?

Несколько мгновений Касси с подозрением разглядывала его, но, заметив, что он по-прежнему серьезен и, кажется, искренне раскаивается, нерешительно кивнула:

- Хорошо. - И добавила с плохо скрытой горечью:

- Вероятно, если сегодня меня выставят на всеобщее обозрение, то справедливо, что я должна выглядеть дорогой шлюхой.

Густые черные брови графа мрачно сошлись на переносице.

- Я уже говорил, Кассандра, это не тебя выставляют напоказ, скорее наоборот - я хочу, чтобы ты увидела моих друзей. Я не стал бы устраивать ужин, если бы хоть на минуту усомнился, что тебя кто-то попробует унизить.

- Наверное, нет, - вздохнула Касси. - Да и какой в этом смысл? Однако вы должны признать, что мое положение на вилле Парезе отнюдь не из завидных.

- И ты сдержишь обещание?

- Вы намекаете на то, чтобы я не вздумала встать из-за стола посреди ужина и во всеуслышание объявить, что я ваша пленница?!