– Я не испытываю к ней особых симпатий. Она из того же разряда, что и ты.
– Не… понимаю.
– Женщины в основном легкомысленные создания, твоя тетушка не исключение.
Лизетта слегка нахмурилась.
– Разве не эта наша черта привлекает мужчин, месье? Или вас интересуют очень умные женщины?
– О, умные женщины – это особый сорт. Они хитры и своевольны, как дети.
Не дразнит ли он ее? А может, пытается разозлить ради какой-то неизвестной цели? Однако Этьен казался серьезным. Просто он, как и Гаспар, не любит женщин, решила Лизетта. Она быстро опустила глаза, прежде чем Этьен успел заметить их выражение.
– Ты раздражена, – сказал он.
Лизетта знала, что ей следует помалкивать, но слова сами сорвались с ее губ:
– Полагаю, вы считаете, что женщины также слишком чувствительны.
Этьен рассмеялся:
– За твоим притворно-скромным видом скрывается непокорный дух. Я понял это, как только увидел тебя в первый раз. – Он слегка коснулся ее пальцами. – Сядь рядом со мной. – Сердце Лизетты тревожно забилось. Видя, что она не двинулась с места, он приблизился, загнав ее в самый угол дивана. – Помнишь, как мы остались наедине в Натчезе? – прошептал он, обнимая девушку.
Лизетта ничего не ответила, но все ее тело напряглось. Она старалась оставаться неподвижной, хотя ей хотелось оттолкнуть его. Помнит ли она? Как можно забыть ощущение от его влажных, омерзительных губ, прижимающихся к ее губам и шее? И алчные руки на ее теле? Тогда он грубо порвал рукав ее платья и, что хуже всего, видимо, получал удовольствие от ее унижения. Он наслаждался ее беспомощностью!
– Я долгие годы мечтал о жене, – сказал он, – но в каждой девице находил какой-нибудь изъян. Только не в тебе. – Его раскрытые губы коснулись шеи Лизетты.