– Ты выйдешь замуж за Сажесса, – процедил Гаспар сквозь зубы. – Ты сделаешь это ради своей семьи.
– Но мои чувства…
– Твои чувства никого не интересуют!
– Пожалуйста, – умоляюще прошептала Лизетта, – найдутся другие, кто предложит мне руку и сердце, если вы только позволите. В Натчезе есть много благородных, порядочных мужчин…
– Никто не обладает таким богатством и влиянием, как Сажесс. Это мое дело решать, что лучше для тебя, и я…
– Нет, это не ваше дело, – возмутилась Лизетта. – Вы мне не отец. Вы всего лишь пиявка, присосавшаяся к нашей семье и готовая пить кровь до конца, пока не останется ни капли!
Гаспар пристально смотрел на девушку. Он не верил своим ушам.
– Не могу понять, как вам удалось обмануть маму и жениться на ней! Наверное, она была слишком убита горем после смерти отца и не сумела вовремя разглядеть, что вы собой представляете на самом деле. Мы могли бы спокойно жить на деньги, оставленные нам отцом, но вы все промотали. И теперь Жаклин и я должны до конца жизни расплачиваться из-за…
Гаспар резко выпустил девушку, оттолкнув ее к стене. Лизетта смотрела на него, широко раскрыв свои карие глаза. Никогда прежде она не видела отчима в таком состоянии. Казалось, он был готов убить ее.
– Гаспар? – послышался боязливый голосок пухлой, жеманной тетушки. Делфайн относилась к категории неудачливых женщин. Она не сумела подцепить себе мужа в ранние годы и теперь превратилась в дуэнью, сопровождающую повсюду свою племянницу. – Гаспар, – снова пропела Делфайн, с трудом вползая в комнату. Ее круглое лицо блестело от пота. – Если Лизетта позволит, я прослежу за тем, чтобы упаковали ее приданое.
– Нет, не надо, – проговорила Лизетта. Колени ее дрожали при виде искаженного злобой лица Гаспара. – Я никуда не еду.