– О, Лизетта, – устало произнесла Жаклин. – Неужели дошло до этого?

– Он… он хочет выдать меня замуж за плантатора из Нового Орлеана… Человека, которого я презираю…

– Да, за Этьена Сажесса, – последовал сухой ответ. – Я знала об этом еще до того, как Сажесс прибыл в Натчез.

– Знала? – Лизетта изумленно посмотрела на сестру. – Почему же ты не предупредила меня о планах Гаспара?

– Я слышала, что Сажесс – неплохая партия. Если Гаспар намерен выдать тебя за него, сделай, как он хочет. По крайней мере ты избавишься от всего этого.

– Не могу… ты не знаешь, что он за человек, не знаешь…

– Уверена, Сажесс ничем не отличается от других мужчин, – сухо сказала Жаклин. – Замужество не очень обременительное дело, Лизетта. Не сравнить с твоей жизнью здесь. Ты станешь хозяйкой в собственном доме, и тебе не придется испытывать постоянную опеку мамы. После того как ты родишь ребенка или двух, муж не станет слишком часто посещать тебя ночью. К тому же, занятый своими делами, он не будет чересчур претенциозен и придирчив к тебе.

– Но я хочу большего, – сказала Лизетта слабым голосом. Глаза ее наполнились слезами.

– К сожалению, другого не существует, – вздохнула Жаклин. – То, о чем мы мечтали раньше, – глупость, самообман. Это были только детские игры. Сожалею, что не могу ничем помочь. Мне кажется, тебе больше нужна правда, чем банальные слова утешения. – Она наклонилась и коснулась плеча Лизетты. Девушка вздрогнула от боли, и Жаклин поджала губы. – Надеюсь, теперь ты будешь умнее и не станешь распускать язык. Неужели ты не можешь хотя бы притвориться послушной?

– Могу, – сказала Лизетта, осторожно прикоснувшись к распухшей губе.

– А теперь я хочу навестить маму. Как она себя чувствовала на этой неделе?

– Хуже, чем обычно. Врач сказал… – Лизетта замялась и прижалась щекой к матрацу, ее глаза сосредоточились на полоске узорчатой ткани в изголовье кровати.