– Отойди от меня, – прошептала Лизетта, освобождаясь от нее. В этот момент ее обида и унижение стали еще более невыносимы.
– Ты должна покориться судьбе и не противиться ему, – проговорила Делфайн. – Может быть, брак с Этьеном Сажессом не так ужасен, как ты предполагаешь.
– Ты ведь сама не веришь в то, что говоришь!
– Господь решает за нас, и, видимо, такова его воля. Ты должна стать женой этого человека… – Делфайн пожала плечами.
– В данном случае решает не Господь. – Лизетта посмотрела на дверь. – Это делает Гаспар.
Отказавшись от помощи тетушки, она шаг за шагом добралась до кровати. Тяжело дыша сквозь стиснутые зубы, Лизетта забралась на нее.
– Лизетта? – Делфайн с тревогой суетилась возле. – Может быть, принести холодной воды, чтобы ты умылась…
– Не трогай меня. Я… я хочу видеть Жаклин. Пошли за ней. Пожалуйста.
– Но муж не отпустит ее…
– Позови, – настаивала Лизетта, опустив голову на парчовое покрывало. – Скажи, я очень нуждаюсь в ней.
Когда Делфайн вышла, в комнате стало как-то неестественно тихо. Затишье после бури! Незаметно Лизетта погрузилась в глубокий сон.
* * *Девушка проспала несколько часов. Когда она проснулась, солнце уже село и комната погрузилась в сумрак. Рядом сидела Жаклин.
Когда-то присутствие сестры помогало Лизетте преодолеть все горести и печали, Жаклин успокаивала ее одной близостью.
Но прежней Жаклин уже не было. Возле Лизетты сидела сдержанная, замкнутая женщина с бесстрастным выражением глаз. Ее рыжие волосы, точно такого же оттенка, как у Лизетты, были модно уложены, лицо тщательно припудрено. А ведь ей только двадцать два года.
– Жаклин… – Голос Лизетты дрогнул, и она вытянула тонкую руку, лежащую на покрывале.