Тоном, от которого бросало в дрожь, королева Клавдия обратилась к Кларисе:

– Я могу лишь надеяться на то, что своим эгоизмом ты не испортишь прием. После того как церемония закончится, я дам тебе мое специальное мыло, и ты должна вымыться до локтей. Поняла?

– Да, бабушка, – ответила Клариса.

– И больше никаких лошадей. – Словно предчувствуя очередное возражение со стороны Рейнджера, королева Клавдия обернулась к нему: – Итак, наследник короны Рейнджер, что вы будете делать на этом приеме?

Возмущенный тем, что она требует от него отчета, Рейнджер ответил:

– Зевать.

Уничтожающим тоном королева ответила:

– Будучи кронпринцем, ты, надеюсь, знаешь, как зевать, не открывая рта?

– Конечно. – Но скорость ее отповеди его поразила. Он забыл, что у бабушки на все есть готовая сентенция.

Королева Клавдия вонзилась взглядом в старшую из принцесс:

– Это что за пятно у тебя на лбу? – Сорча потрогала набухающий прыщик.

– Он совсем маленький.

– Никакого масла. Никаких конфет. Будешь пользоваться моим специальным составом для умывания дважды в день. – Королева Клавдия взяла Сорчу за подбородок и критически осмотрела ее лицо. – И моей цветной эмульсией, чтобы замазать это пятно. Принцесса должна олицетворять совершенство. Помни, не все желают тебе добра.

На возвышении за спинами девочек открылась дверь, и в зал вошел невысокий плотный господин в военном мундире, увешанном медалями и лентами. У короля Реймунда были великолепные усы и кустистые бакенбарды, его голубые глаза напоминали материнские, только светились теплотой и участием к дочерям. Он выглядел усталым, словно свалившиеся на королевство горести последнего времени сильно его утомили. Но он радостно открыл объятия дочерям:

– Идите сюда, девочки, и поцелуйте своего папочку.