А когда он дотронулся до нее, она набросилась на него с ругательством более грязным, чем у любого мужчины, и лягнула коленом в пах за то, что он осмелился коснуться ее без разрешения.

Теперь она снова попыталась сделать это. Но на сей раз он ожидал этого. Эмоции прорывались сквозь него, и он едва увернулся от ее колена. Счастье. Гнев. Радость. Смятение.

Все эти столетия он считал ее мертвой.

Он с трудом мог держать себя в руках, осознав, что она жива и здорова. Она выжила, несмотря на проклятье Аполлона, и ухитрилась прожить вечность… так же, как и он.

— Что ты здесь делаешь?

Она ответила на его вопрос взмахом кинжала, едва не коснувшись его горла.

— Я думал, мы наверстаем упущенное. Может быть, сыграем в Пачиси

Страйкер поймал ее руку и повернулся с ней, снова прижимая ее к стене. Он сжимал свою хватку, пока не вынудил ее выронить кинжал. Сомкнув одну руку вокруг ее шейки, он удерживал ее на месте.

— Я могу придумать игры получше, — он собирался назвать Стрип-Покер, когда нечто сильно ударило его по спине, отбрасывая подальше от Зефиры.

Он обернулся с диким рыком к новому нападающему, намереваясь убить всякого, кто достаточно глуп, чтобы помешать ему, но застыл, словно шок приковал его к месту. Это была точная копия Зефиры. Те же белокурые локоны. Те же черные глаза. Тот же рост и вес.

Он бы подумал, что это ее сестра-близнец, если бы не знал, что Зефира была единственным ребенком.

— Убери свои грязные лапы от моей матери.

Глава третья

— Матери… — еле слышно повторил Страйкер за мгновение до того, как Кессар схватил дочь Зефиры. Демон уже разомкнул губы, собираясь испробовать ее горло на вкус.

— Стой! — Страйкер едва успел отозвать его, прежде чем тот убил ее.