Ноэль невольно покосилась на свои ноги, но тут же вновь подняла взгляд на Филипа. Да это наваждение какое-то, почему он так запросто подчинил ее своей воле? Еще подумает, что ей нравится происходящее… Ну нет, пора положить этому конец!

— Дай мне пройти!

— Поцелуй меня, тогда, может, и пройдешь. При иных обстоятельствах, с внутренним содроганием подумала Ноэль, это предложение показалось бы ей весьма и весьма привлекательным. Но только не сейчас.

— Ты и сама этого хочешь, — продолжал искушать Филип, устремив многозначительный взгляд на напрягшиеся под тонкой блузкой соски Ноэль.

Вот тут-то она и дала ему пощечину. А что ей оставалось? Филип вел себя грубо, низко и ничуть не считался с ее чувствами. Он сдавленно ахнул — больше от неожиданности, чем от боли, а Ноэль стремительно развернулась и бросилась наутек. Увы, попытка скрыться не удалась. Не успела беглянка сделать и несколько шагов, как на плечо ей легла тяжелая рука.

— Предложение остается в силе, — произнес над ухом бархатный голос.

На сей раз для пущей верности Филип крепко обнял свою добычу за плечи.

Его грудь тоже вздымалась, хотя и не так бурно, как грудь Ноэль. Несчастной женщине казалось, будто она только что пробежала миль десять, а не какие-то жалкие два-три ярда.

Что ж, придется прибегнуть к последнему способу, дабы Филип убедился в своей ошибке. Доказать упрямцу, что та ночь была случайностью, результатом стечения обстоятельств и не может повториться вновь. Ноэль не та, за кого он ее принимает.

При жизни Роналда у нее не было других мужчин, кроме него. Их сексуальная жизнь полностью попадала под определение — спокойная, приятная, регулярная. Возможно, слишком уж предсказуемая. Зато они вполне устраивали друг друга.

Ноэль отважно повернулась к своему мучителю и, закинув руку ему за шею, подняла голову навстречу его губам. Отделаться бы побыстрее и уйти!