Лишь несколько часов назад она изнывала от жары в местном аэропорту близ Кантанга и вдруг очутилась в таком месте, где в воздухе кружат снежинки. Правда, достигая лондонского асфальта, они таяли, но все равно это был снег. После тропического зноя он казался чем-то нереальным. Сам же переход от пронизанной горем и страданиями атмосферы в спокойствие привычного упорядоченного мира действовал на перегруженный отрицательными образами мозг благотворно, производя значительный психотерапевтический эффект.

Домой, на Брендон-стрит, Кэт добралась к шести часам вечера.

Первым делом проверила, в каком состоянии находится любимый кустик гардении, который на время своего отсутствия она поручила заботам миссис Хоган, консьержки. Земля в горшке оказалась влажной, а цветок за минувший месяц успел дать бутоны.

Это было еще одно приятное впечатление с момента возвращения в Лондон.

Позже, с наслаждением пролежав больше часа в ванне, Кэт подумала о том, что сильнейшее нервное напряжение минувших дней, кажется, понемногу покидает ее.

Неужели я дома? — словно не веря собственным ощущениям, подумала Кэт. Какое блаженство…

Потом в ее мозгу промелькнула мысль, что неплохо бы позвонить Стиву. Ведь тот не знает, что она уже в Лондоне.

Стив Уокер, инженер-электронщик, был сотрудником фирмы, специализировавшейся на обслуживании медицинского оборудования. В больнице, где работала Кэт, он появился, когда забарахлил аппарат, на котором пациентам проводили томографию мозга.

Сначала Кэт услышала, как медсестры шушукаются о каком-то Стиве, который, судя по всему, произвел на них большое впечатление. Кэт решила, что речь идет об одном из больных — не раз бывало, что между находящимися на лечении молодыми мужчинами и кем-то из представительниц медицинского персонала вспыхивал роман, как правило мимолетный. Потом выяснилось, что Стив не относится к числу пациентов.

Познакомилась с ним Кэт в небольшой очереди в процедурный кабинет, образованной сотрудниками клиники, которым предстояло пройти ежегодную вакцинацию от гриппа — процедуру, которой подвергался весь медперсонал, включая даже и тех, кто непосредственно с пациентами не общался.



2 из 130