Оставшись в одиночестве, Энн уселась на скамью, стоявшую в тени двух развесистых мандариновых деревьев. Потягивая дайкири, она разглядывала пеструю толпу.

Отделившийся от толпы мужчина, решительно зашагавший к ней, мало походил на остальных гостей. Несвежая рубашка, выцветшие джинсы, плетеные сандалии на ногах. Выглядел незнакомец молодо – моложе Энн, однако окладистая борода придавала ему более зрелый вид. В одной руке он держал бокал с пивом, а в другой – глубокую тарелку, доверху наполненную закусками. Усевшись прямо на траву в двух шагах от Энн, он принялся уплетать аппетитные яства.

Внезапно он заговорил с набитым ртом:

– Вэна Вейва Вогана?

Энн кинула на него удивленный взгляд.

– Да, я жена Дейва Логана.

– Абнер Джессап, – промычал бородатый.

– Что-что?

– Это я. Абнер Джессап.

– О, вы художник? – вспомнила Энн.

Джессап кивнул, продолжая жевать.

– Я была на вашей выставке в Мэнделевской галерее прошлой зимой, – сказала Энн.

– Шикарная выставка, да?

– Да. Мне очень понравилось.

– Изумительный у меня талант, да?

– Ну, я не считаю себя знатоком абстрактной живописи, но…

– Знать живопись ни к чему, её нужно чувствовать нутром, – перебил художник.

– Да, должно быть, вы правы.

Он ткнул в неё вилкой.

– Еще бы! Слушайте, дамочка, если вам так понравились мои работы, почему бы вам не приобрести пару-тройку штук, а? Интерьер украсить.

Энн вспыхнула.

– Дело в том, мистер Джессап, что я сама выбираю картины для своего дома.

– Ясно – натюрморды какие-нибудь, лошади или бабочки, – сказал он.

– О вкусах не спорят, мистер Джессап, – сказала Энн, начиная раздражаться.

– Вкус у вас варварский, миссис Логан, – убежденно сказал Джессап. Он сгрыз оливку и выпил пива. – Заходите завтра ко мне в студию. Продам вам по дешевке пару полотен, а заодно перепихнемся.