— Нет, все это просто невозможно! — с ужасом подумала она, но гордость снова и снова твердила, что такого слова нет и все, что необходимо сделать, будет сделано, и чем скорее, тем лучше.
Старик Хамбер, не снимая ноги с табуретки, вопросительно поглядел на хозяйку. Солнце падало на остатки белых волос, обрамляющих лысину, и на морщинистое исхудавшее лицо. Скрюченные пальцы, державшие чайник, распухли от ревматизма.
Голосом, который даже в ее собственных ушах звучал слабо и неубедительно, Кассия начала:
— Я… мне нужно кое-что… сказать вам, Хамбер… это очень важно.
Глава 2
Кассия поспешила в маленькую столовую, где они обычно завтракали, и обнаружила там Перри, уже сидевшего за столом.
— Прости, что опоздала, — задыхаясь выговорила она, — но так много всего нужно сделать.
Она была на ногах с шести часов утра, прибирая гостиную, и уже успела приготовить спальни для маркиза де Байе и мадам де Сальре, но ужасно удивилась, услышав слова брата:
— Помести наших гостей рядом друг с другом. Кассия подняла брови:
— Рядом? Мне казалось, что мадам де Сальре понравится в Розовой комнате, которую я всегда считала самой красивой в доме, после маминой спальни, конечно. Это мать назвала каждую комнату в доме в честь какого-нибудь цветка, и Кассия попыталась, где возможно, повесить подходящие занавеси, положить подушки в цвет и подобрать уместные картины, которых у Фоконов была большая коллекция.
— Послушай меня, — терпеливо повторил Перри. — Если хочешь поселить маркиза в комнату Водяных Лилий, окна которой выходят в сад, тогда мадам де Сальре должна жить в соседней спальне.
— Но почему? — настойчиво допытывалась Кассия.
Перри пришлось поломать голову, чтобы придумать правдоподобное объяснение. Наконец он нашелся:
— Она может почувствовать себя одинокой или испугаться чего-то в незнакомом доме, где так мало людей.